Лим: Рост и индустриальная трансформация в Корее

Конспект книги "Korea’s Growth and Industrial Transformation" автора Haeran Lim. Издательство MacMillan Press, 1998. Книга об истории технологического развития промышленности Южной Кореи. 

 

В 1961-94 годы темпы роста валового национального продукта (ВНП) Кореи составляли в среднем около 8,6% в год, на Тайване же темпы роста ВНП составили около 9% в этот период. Успех Кореи и Тайваня объясняется их внешней ориентацией, то есть торговой политикой, ориентированной на экспорт. (42)

Однако индустриальная политика Кореи и Тайваня различалась своей структурой и моделью экспорта: если в Корее она была капиталоемкой, то на Тайване трудоемкой (текстиль и трикотаж, обувь, электрическое машиностроение). Площадь Южной Кореи почти в два раза больше площади Тайваня. В то время как Тайвань начал индустриализацию с помощью большого количества предпринимателей с континента, у Кореи в 1960-х годах их было мало и на рынке доминировали конгломераты. Иными словами, изначальные экономические условия повлияли на эффективность и гибкость политики. (47)

В 1980-х годах на Тайване появилось большое количество малых фирм, работающих с компьютерами, станками, проектирующих интегральные схемы, а также производящих качественные спортивные товары и игрушки, то есть в тех областях, где дифференциация и качество продукции имеют большее значение, чем цена. Однако такое важное положение малого и среднего бизнеса (МСБ) на Тайване сложилось из-за особой модели взаимодействия МСБ с крупными компаниями. Большая часть тайваньского экспорта приходилась на МСБ, около 57% в 1992 году. Однако в этом большую роль играли крупные компании, предоставлявшие малому бизнесу техническую помощь, кредитование и квалифицированные кадры. То есть взаимодействие между МСБ и крупными компаниями на Тайване было коллаборативным, и индустриальная структура страны была тесно взаимосвязанной. В Корее же модель была другой. МСБ был относительно слабым, и именно крупные компании сыграли очень важную роль по сравнению с Тайванем. (49)

Таким образом, Корея и Тайвань развили у себя разные индустрии, разные торговые модели и экономическую структуру. Экономика Тайваня состояла из большого количества МСБ и, в целом, не обладала характеристиками таких конгломератов как в Корее. В то время, как в Корее компании вертикально интегрировались и поставляли собственную продукцию друг другу, тайваньские компании закупали у неаффилированных фирм. Бизнес-группы Кореи производили небольшую линейку товаров, однако использовали массовое производство. Тайвань же характеризовался более трудоемкой структурой и технологиями, с более широкой линейкой товаров и большим количеством посредников. (52)

Колониальное наследие Кореи также сыграло важную роль в развитии ее индустриальной структуры и коалиции правительства с крупными компаниями. В колониальный период в Корее открывали свое производство многие японские компании, включая Mitsui, Mitsubishi, Yasuda и Sumitomo, которые занимались текстилем, металлургией, машинным оборудованием и химией. Корея унаследовала около 80% национального богатства после получения своей независимости. Все эти активы затем были проданы частным предпринимателям, что и стало основой для возникновения «чеболей» [chaebol – конгломерат по-корейски]. 31 из 50 крупнейших сегодняшних бизнес-групп возникли в период с 1945 по 1961 годы. (58)

Роль правительства в Корее была гораздо сильнее, чем в Японии, особенно в 1961-79 годах. Японская индустриальная политика была отражением политики #MITI [Ministry of International Trade and Industry – Министерства внешней торговли и промышленности], в то время как в Корее таким основным институтом было не Министерство коммерции и индустрии, а лично президент, поддерживаемый Советом экономического планирования (EPB – Economic Planning Board) и только потом министерство. 

Генерал Пак Чон Хи

Генерал Пак Чон Хи, руководил Южной Кореей "железной рукой" с 1962 по 1979 гг.

Во-вторых, продвижение экономического развития в Японии было результатом взаимодействия между правительством и бизнесом, в то время, как в Корее правительство вело, а бизнес следовал за политикой правительства. В Японии большие частные банки были важными партнерами индустриального развития, тогда как в Корее банки играли подчиненную роль и, главным образом, играли исполнительскую роль в процессе. (62)

Развитие тяжелой и химической промышленности в 1970-х годах считалось критически важным шагом для поддержки слабой оборонной индустрии в условиях, когда администрации Никсона и Картера пересматривало возможность дальнейшего нахождения американских войск в Корее ввиду нового коммунистического правительства во Вьетнаме. То есть многие считали, что продвижение тяжелой и химической промышленности было важным не только для экономики, но и по соображениям национальной безопасности. (62-3) 

В 1970-х годах, когда внешние источники финансирования составляли около двух третей от общего объема финансирования корейских фирм, государственные целевые займы стали эффективным инструментом государственного вмешательства. В 1977-79 годах около 80% инвестиций в производство шли в тяжелую и химическую промышленность [государственная программа HCI – Heavy and Chemical Industry] в форме государственных целевых займов. Это были займы с существенно заниженными процентными ставками, которые шли для инвестирования стратегических отраслей. В это же время инструмент кредитования был также использован для наказания фирм, деятельность которых не соответствовала правительственной политике. Распределение кредита стало важным политическим инструментом для контроля над большим капиталом. В 1974 году правительство учредило Национальный инвестиционный фонд (NIF – National Investment Fund) для обеспечения долгосрочных инвестиций в государственную программу HCI, для строительства заводов и оснащение их оборудованием. Источником средств NIF были вклады банков и страховых компаний, а также пенсионные фонды гражданских служащих и ветеранов. В 1974-81 годах 67,9% средств фонда NIF ушло на проекты по программе HCI. (75)

Рост японской металлургической промышленности достиг уровня 100 миллионов тонн в 1973-74 годах, после чего рост внутреннего спроса так же, как и экспорта начал снижаться. Япония стала переносить индустрию в Корею, и корейская металлургическая промышленность начала бурно развиваться. Часть японского капитала шла в рамках репарационных выплат в целях нормализации японо-корейских взаимоотношений после Второй мировой войны. И сотрудничество между Кореей и Японией отвечало взаимным интересам как стремлению правительства Пак Чон Хи развивать HCI-программу, так и стремлению японцев решить свои индустриальные проблемы. То есть, что касается металлургических заводов, то они были установлены и развиты японскими специалистами. 

Еще одним примером переноса индустрии была электроника, которая была определена корейским правительством в качестве одной из приоритетных целей в рамках программы HCI, хотя и не относилась ни к тяжелой промышленности, ни к химической. Влияние США и Японии стало важным в развитии корейской индустрии электроники. (78)

По сравнению с американскими компаниями, которые были полностью вертикально интегрированными (полное владение), большая часть японских инвестиций в корейскую электронику шла в форме организации совместных предприятий. В 1970 годах одним из привлекательных стимулов для японских компаний стала Масанская свободная экспортная зона (Masan Free Export Zone). Японские инвестиции стали важным началом для развитии индустрии электроники в Корее, так как трансфер технологий был связан с процессом обратного инжиниринга и схожими технологиями для разработки новых продуктов. (79)

Второй нефтяной кризис подорвал темпы развития программы HCI, и новый политический режим взял курс на макроэкономическую стабилизацию и политику либерализации. (86)

В 1982 году был основан Национальный проект исследований и разработок (National Project for Research and Development) с целью финансирования и поддержки государственных и государственно-частных инициатив в сфере развития новых технологий и проведения научно-исследовательских разработок. Вторым шагом стало то, что научно-исследовательские институты, поддерживаемые государством и управляемые различными министерствами, были объединены в единую сеть под централизованным управлением Министерства науки и технологий. Примером нового централизованного развития и продвижения инновационных технологических инициатив стал проект развития полупроводниковой индустрии 4M DRAM. 

До начала 1980-х годов американские и японские компании продолжали выносить производство за рубеж ввиду фактора себестоимости и трудовых затрат. Корея для этого была идеальной страной, так как трудовые затраты были низкими, а качество высоким. Однако уже на протяжении 1980-х годов Корея заметно усилилась на мировом рынке электронных товаров, и себестоимость производства стала расти, производство начало смещаться больше в сторону других стран Юго-Восточной Азии. (92)

К 1988 году корейская индустрия электроники стала крупнейшим экспортером страны, вытеснив текстильную индустрию. Доля электроники в общем объеме экспорта вырос с 6,9% в 1970-м до 28,2% в 1990 году. В 1993 году пропорции количества компаний и занятости индустрии электроники в общем производстве составили 12% и 10%. (108)

Производственные технологии постоянно меняются и жизненный цикл продукта становится коротким, и доступ корейцев к иностранным технологиям не был трудным из-за такого короткого жизненного цикла новых технологий

Компания Samsung Electronics учредила совместное предприятие с японской Sanyo в 1969 году. Перед этим в 1953 году Samsung вошел в сахарную индустрию, а в 1956-м в текстильную. Эти два сектора в то время были важными для освоения массового производства и экономии за счет масштабов [economy of scale]. В этой связи, Samsung еще до вхождения в индустрию электроники уже успел освоить необходимые компетенции для массового производства. Сектором электроники компания стала всерьез интересоваться после принятия закона о продвижении индустрии электроники в 1968 году. (113)

Масанская свободная экспортная зона, учрежденная в 1970 году, привлекла многие японские фирмы, в том числе и из индустрии электроники. В 1974 году около 95% всех инвестиций в эту свободную зону были японскими. Еще один Комплекс Куми для электронной индустрии (Kumi Electronics Complex), также учрежденный в 1970 году, предоставлял схожие льготы и привилегии для иностранных инвесторов, включая освобождение от корпоративных и подоходных налогов в течение 5 лет, освобождение от тарифов на импорт сырья, а также возможность сохранять 100% собственности над бизнесом. Это была государственная политика по стимулированию совместных предприятий. (115)

Японская NEC сформировала два совместных предприятия в 1970 году: Goldstar Electric и Samsung-NEC (позже переименованную в Samsung Electronic Devices). В 1973 году было сформировано еще одно совместное предприятие между корейской Anam Industrial и японской Matsushita [Panasonic] для производства цветных телевизоров в Корее. Совместное предприятие Samsung-Sanyo Electronics было также открыто в 1973 году. Через подобные совместные предприятия корейские компании смогли освоить новые производства цветных телевизоров, цифровых часов, калькуляторов и кнопочных телефонов. (115)

По мере усиления собственных компаний в 1980-х годах количество иностранных стало уменьшаться. Число зарубежных фирм в Масанской свободной экспортной зоне снизилось со 112 в 1974 году до 64 в 1989-м из-за оттока японских компаний. Например, в 1980 году Matsushita вышла из совместного предприятия с Anam Industries, а Sanyo из совместного предприятия с Samsung в 1983 году. NEC также вышла из Goldstar Electric в 1987 году. (121)

По мере развития отечественных компаний, они стали все больше инвестировать в дизайн и производство собственных компонентов в целях замещения импортных технологий. И полупроводниковая индустрия стала хорошим и успешным примером демонстрации Кореей инноваций в высокотехнологичных областях. (123)

Улукман Мамытов

Дополнительно: